2006-2-2-5m

Павел Филонов(1883-1941)

«По существу чистая форма в искусстве есть любая вещь, писанная с выявленной связью с творящейся в ней эволюцией…»
Павел Филонов.

Его называли «великим», «величайшим», «смутьяном холста» и «очевидцем незримого». В автобиографии 1929 года он сказал о себе суше и точнее всех: «Филонов Павел Николаевич, художник-исследователь...». Дефис между этими словами разделил ценителей его искусства на любителей, покоренных красотой и странностью живописи художника, и на знатоков, изучающих его теоретические труды. И почти невозможно теперь соединить распавшиеся за долгие годы забвения отдельные части образа. Что-то утрачено, что-то забыто, где-то легенда подменила правду. Но чем сложнее путь к художнику, тем сильнее желание понять его, соединить, пусть лишь умозрительно, мысль и творчество.

Павел Николаевич Филонов родился в 1883году в Москве. Родители – мещане города Рязани.
Мать брала в стирку бельё. Отец был кучером. С 6 до 11 лет был танцором кардебалета московских театров, так же для заработка вышивал. В 18 лет окончил в Петербурге живописно-малярные мастерские, получив свидетельство на звание моляра-уборщика. По окраске крыш работал 5 лет. С 1903 года четырежды пытался поступить в Академию художеств и был принят только в 1908г., но через два года исключён, затем восстановлен, но в итоге, не найдя понимания со стороны профессоров, ушёл из неё. Во время первой мировой – солдатом 2-го Морского полка Балтийской дивизии участвовал в работе военно-революционных комитетов. В начале 20-х годов создал «Школу Филонова» ныне известную как коллектив мастеров аналитического искусства. Первую картину Филонов написал («сделал», как он говорил) зимой 1910 года. Последняя выставка состоялась в 1932 году. И до неё и после художник подвергался ожесточённому преследованию и травле, а потом абсолютному замалчиванию. Филонов погиб от голода в первые месяцы ленинградской блокады.

Однажды чуть не произошла дуэль между Хлебниковым и Мандельштамом. Хлебников назвал своим секундантом Филонова. Поехали к Филонову, он вышел на лестничную площадку, небритый, щеки впалые, глаза горят, выслушал, сказал: « Я три дня не ел; я четвёртый час стараюсь повесить на стену картину без гвоздя, а она не держится; я сейчас поеду их бить за то, что пустяками занимаются». Дуэль не состоялась.

Из этого реально произошедшего случая видно, каким одержимым человеком был Павел Филонов. Но что это такое повесить картину без гвоздя? Никто не знает. Зато мы прекрасно знаем, что Филонов упрямо и всегда шёл наперекор общепризнанному. Уже его ранние работы стали первой и вполне сознательной оппозицией кубизму. Это произошло тогда, когда новое течение победоносно шествовало по Европе. В 1912 году Филонов написал статью «Канон и закон», где он выступил против Пикассо и кубофутуризма и впервые сформулировал принципы аналитического искусства. Филон различает два пути создания картины: « Выявляя конструкцию формы или картины, я могу поступать сообразно моему представлению об этой конструкции формы, то есть предвзято, или отметив и выявив её закон ограниченного её развития» Вот ключевое слово – «органическое». Геометризации (к чему стремился кубизм), не реализующей и малой доли тех свойств и процессов природы, которые могут быть пластически выражены, он противопоставляет принцип органического роста художественной формы (как растёт дерево). «Организм» против «механизма» – так можно определить пафос филоновской позиции.

Но совершенно особый, ни на что не похожий колоссальный дар Филонова, конечно же, не укладывался в эти словесные формулы. Взгляни же на его « Пир королей» (1903 г.). Вот что писал о них Хлебников: «Художник писал пир трупов, пир мести. Мертвецы величаво и важно ели овощи, озарённые подобным лучу месяца бешенством скорби ». Действительно болезненная «биологичность» персонажей, изысканная некрасивость их нарочито выразительных тел и жестов превращают картину в пугающую галлюцинацию. А «Семейный портрет» (1924 г.) – какая уж тут «органическая жизнь» … Нет, Филонов не равен своим теоретическим выкладкам. В его искусстве таится загадка идущая от корней – примитива с одной стороны и остро-изломанного индивидуализма с другой. И если он, подобно кубистам, агрессивно вторгается в сокровенное материи, следя не за формой, а за тем, как она делается, то его отличает от них, прежде всего «русский генофонд» – воспаленная совесть и мучительные поиски гармоничного мира. Мира, где люди похожи на животных, но и животные похожи на людей и всё движется в едином биологическом ритме.

В лучших своих творениях Филонов этого мира достигает. « Крестьянская семья. (Святое семейство)» 1914 года – что может быть мудрее? Уж не её ли художник пытается повесить без гвоздя? Ведь это всё равно, что прибивать плакат «Берегите природу» огромным ржавым гвоздём к живому дереву…или руки к кресту.

sq_bl Сергей Пухачёв.

Оставить комментарий