2012-2-38-1

Экспериментальные хокку

Хокку (или, по-другому: хайку) – жанр японской поэзии, который представляет собой в русском переводе трёхстрочное стихотворение, состоящее в целом из 17 слогов, причём

в первой – пять слогов,

второй – уже семь слогов,

третьей – пять слогов.

Однако часто переводчики не соблюдают это правило, потому что в русском языке слова и предложения длиннее, чем в японском.

Переходя к рассмотрению экспериментальных видов, нам интересно отметить изменения формы и/или содержания в том или ином эксперименте.

Например, московский поэт Герман Лукомников, используя «дописывания», напоминающие детское хулиганское рисование усов и рожек на портретах в учебнике истории, создал любопытный жанр хокку плюс. Он берёт за основу русский перевод хокку и добавляет четвёртую строку, рифмуя её со второй. Такое изменение кажется оправданным, ведь русскоязычному читателю гораздо привычнее читать рифмованные четверостишия, чем медитативные трёхстишия без рифмы. Такая русификация даёт любопытные плоды, которые мы приводим вместе с рисунками Аси Флитман из книги «Бабочки полёт, или Хокку плюс» (М., 2001). Сверху указан автор оригинала, посередине, как пауза, дан рисунок, а внизу – четвёртая строка от Германа Лукомникова, переосмысляющая или дополняющая хокку.

Вдохновившись идеей москвича, новосибирский поэт Борис Гринберг с июня 2009 года время от времени пишет авторские хокку-«минус»: стихотворения, состоящие из двух строк и 12 слогов (5 в первой строке и 7 во второй). На наш взгляд, при таком подходе элемент недосказанности, характерный для хокку, усиливается.

* * *
Даже ходики
Топают как-то не так.

* * *
весь четверг дождит
сбудется ли что-нибудь

* * *
Поёт соловей
Лебединую песню.

* * *
Замки на песке -
Воздушных замков тени.

* * *
делюсь опытом
умножения скорби

* * *
я дворник в лесу
подметающий листья

* * *
На старом фото
Всё новые морщины.

* * *
Я тебя помню.
Просто не вспоминаю.

* * *
Трудно отпустить.
Бросить куда как легче.

* * *
Залпы салюта.
Небу, наверно, больно.

* * *
кто же мы, боже,
дети твои иль рабы?

* * *
Дом снесли. Теперь
Ещё ключ потерялся...

* * *
Пергамент лица,
Морщин иероглифы.

* * *
Ночь. Мурашками
Звёзды рыщут по небу.

* * *
Думал о ближних
Весь в себя удаляясь.

* * *
Подал нищему.
Оба стали богаче.

* * *
Цветущий кактус.
Улыбка Квазимодо.

* * *
Из небытия
до забытья транзитом.

* * *
Запасы кофе
Ещё мужского рода.

* * *
Все пути ведут...
Но лишь один приводит.

* * *
Апокалипсис?
Давай, после обсудим...

* * *
А... Так ты поэт?!
Ну, тогда всё понятно!

Другой вариант экспериментальных хокку предлагает казанская поэтесса Татьяна Нужина. Она объединила хокку и тавтограмму, отчего, на наш взгляд, внимание к одной и той же букве в начале каждого слова усиливает элемент медитативности. Приведём её хайку-тавтограммы из сборника «Колос(с) слова-2» (Астрахань, 2009):

* * *
Влажный ветерок.
Восторженную
влюбленность
Возбуждает весна.
* * *
Открытый огонь,
Осторожно отстраняюсь,
Опасаюсь ожога.

* * *
Кустик крыжовника.
Как крапива, «кусаются»
Колкие колючки.

* * *
Хандрю, хвораю,
Холод хрущёвки, худо.
Хочется хлеба.

Как видим, автор старается придерживаться слоговой структуры 5-8-5 вместо классической 5-7-5. Возможно, идея создания этого цикла зародилась у поэтессы ещё в 1997 году, когда вышла её книга «Песчинки жизни», в которой есть 24 хокку и одна из самых красивых тавтограмм, текст которой приводится ниже.

СТРАННЫЙ СВЕТ СУДЬБЫ
Снег сырой слезой стекает
С серенькой стены,
Синий сумрак собирает
Сказочные сны.
Слабый свет слегка струится –
Странный свет судьбы.
Серп Селены серебрится,
Стоя спят столбы.
Скрипнут ставни,
свет слепящий –
Сквозь сырую синь...
Содрогнётся сумрак спящий,
Стужа, сырость, стынь...

Поэт Айдын Ханмагомедов, ныне живущий в Москве, родом из Дербента. Он в своём творчестве показал любопытные примеры палиндромных хокку (на данный момент их написано свыше 500!), которые представляют собой трёхстишия без соблюдения канона, но которые побуквенно читаются как слева направо, так и справа налево.

Здесь содержание зачастую «диктуется» самим языком, так как автору приходится из всего словесного многообразия выбирать такие структуры, которые потом можно было бы прочитать в обратном порядке.

30
Нам сила ты,
толпе тепло ты,
талисман.

94
Манит с икон
мука так умно
к истинам.

95
Он не миф им,
но массам
он миф именно.

209
Тина лани. Тина ранит.
Тина красавиц и вас
арканит.
Тина рани. Тина ланит.

260
Яро манит,
сияя и зияя,
истина моря.

330
У шипов
о небе ною,
о небе ново пишу.

345
И шорохи, и хит,
и лепет той оттепели
тихи и хороши.

430
Цени в себе свет…
и не цените
в себе свинец.

 

Таким образом, хокку как жанр не только хорошо привился к российской поэзии, но и дал любопытные ответвления и плоды.

sq_bl Иван Чудасов.

Оставить комментарий