Чудасов Иван

The white square. Tautograms by Kim Smirgand

Smirnova Galina (pseudonym - Kim Smirgand), was born February 16, 1948 in the village of Iski-Naukat, Naukat district of Osh region in Kyrgyzstan, and  in a year and a half she has been removed with parents in the city of Ust-Kut on the Lena river, and in four years – from Ust-Kut to Nizhny Tagil in the Urals. There, in 1955, she went to school No. 35.

Her teacher of literature and Russian language was Mader Raisa Dmitrievna, candidate of philological Sciences, a passionate lover of Silver Ager Russian poetry, author of interesting books about poetry. She talked about literature program, and the call of the soul. The lessons she read a lot of extracurricular at a time is prohibited, the poetry of M. Tsvetaeva, N. Gumilyov, O. Mandelstam and other poets were read so that the students didn't want the lesson was over, didn't want to go and have a break. All program literature and criticism to her honestly they were reading at home, because not only respected Raisa Dmitrievna, and dearly loved her, how can you love a young person 15-18 years. And forbidden verses were memorized. Some students, naturally, began to write poetry. She too has kept the love of poetry and to the literary work of a lifetime.

Her parents had the the biggest impact on Galina. They gave Galina the inheritance: mother -- her love for literature, father - love for drawing, and both instilled a creative approach to everything in life.
In 1976, Galina with her husband and two children went to the Ukraine where her husband had been distributed, in the city of Ivano-Frankivsk. In Bukovina Galina entered the Ivano-Frankivsk Institute of oil and gas. In 1977 the family moved to the town of Tokmak of Zaporozhie region. There she has worked initially as an engineer-payroll officer in OGK, and then a teacher of the mechanics of materials. This city has become the second hometown of Galina Andreevna, she still lives there.

In addition to her beloved work since 1978 Galina Andreevna paints portraits professionally, for many years it was an additional mean of income.

Kim works out Sergant in Zaporozhye and in the poetic collections published in Moscow, St. Petersburg, Ryazan, Astrakhan.

The compilation presents the most rare tautogram. When writing them Galina Andreevna often expands, enriches your vocabulary of obscure terms and concepts that it is acceptable for the experimental work.

The top autogramme creativity Galina Andreevna is a wreath of sonnets-autogramm "Note to yourself", which is listed in the "Book of records of the CIS" as a unique canonical wreath of sonnets from tautogram. We present the first two and a final one.
A wreath of sonnets is constructed as follows: the last line of the first sonnet is the first line of the second sonnet, the last line of the second sonnet is the first line of the third sonnet, all but the first lines of the fourteen sonnets in the end, going alternately in the final sonnet.

ЖИЗНЬ

Жухнет жито желтоклином,
Жароклином журавлиным.
Живописный жеребёнок –
Живохвостый журавлёнок

Жаждет жидкости журчащей,
Жбанец ждёт живопоящий,
Жалуясь жарой жестокой,
Жмётся жницы живоокой.

Жилистые жёнки-жницы,
Животворной жатвы жрицы,
Жнут, журятся: жизни живость –
Жестяного жбанца жидкость.

ЧЕМОДАННОЕ

Чугункой* – чахлым черепашьим челноком,
Чух-чухаю четырнадцать часов,
Чураясь чоха*, чужеродным чужаком:
Что чернь чужда, что чопорность чинов.

Чрез чернолесье*, чрез чилигу*, чернотал*,
Чрез частокол чрезмерных чащ чинар* –
Чуть чернозёмов чернокожей черноты,
Чуть-чуть черёмух чудной чистоты!

Читаю чтиво, чинно чёркаю чайнворд,
Чаёвничаю – чикаю червя.
Чу! – чокаются чарки... «Что? Черпнуть чего?
Чай четырёхлитровка чихиря*» –

Чета чарует «чаепитьем» чумовым –
Чуреком*, чебуреком, чавычком*.
Чревоугодно чохом чарками частим,
Чредуем чарку чадным чубучком.

– Чаёчку чашечку? Чуточек чавычу?
– Чревоугодью – чур: чтоб чресла* чересчур?
Чистосердечие – чудесная черта,
Чертовски чувствует черток черта.

ЦЫГАНСКАЯ ЦЕЛИНА
Царство целое цветов целебных,
Циркачей-цыган, цесарок ценных –
Целина! – цыганочек цветастых,
Цугов цокота царей цыганских…Целиною цыпают цыплята,
Цуценят целуют цыганята,
Целая циновка цветоножек –
Цепким цуценятам цветоложе.Цимбалистам – царские цитаты
Цекотят цимбалами цикады,
Цвиркает цевницею цесарка,
Цвенькает цепочками цыганка.ЦЫган цыкает, цедит цигарку.
Цокнуть церемонную цесарку
Целится цыганская централка.
Цок!!! – цена цвириканья цесарки...Цап-царап цесарку цуценяка.
«Цуцик, цыц!» – цокочет цыганяка...
Цуценя целует цыганёнка:
«Цыпа цела!» Цуцику – цежёнка!Царь цыганский ценит цыганёнка:
Цыганёнку – целого цыплёнка!…
Целина…, циркачества цыганьи –
Ценности, целковые цыганить.СЛОВАРЬ
Чугунка – железная дорога.
Чохом – все вместе.
Чернолесье – лиственный лес.
Чилига – колючий кустарник, вид жёлтой акации.
Чернотал – ива.
Чинара – восточный платан.
Чихирь – кавказское домашнее красное вино.
Чурек – на Кавказе: плоский пресный белый хлеб.
Чавыча – дальневосточный лосось.
Чресла – бёдра.
ЩЕГЛОВКА

Щебетунья-щеголиха,
Щепетильная щеглиха,
Щупая щетину щёк –
Щучила щегла: щелчок,
Щёлк-щелчочек, щёлк-щелчок –
Щип-щипай щетину щёк!

«Ь». МЯГКИЕ СТИХИ

Льёт ли приворотный хмель апрель –
Пьёт душа, ведь им она пленилась.
Льдинки ль превращаются в капель –
Бьётся сердце – быстрое, как свиязь.

Вьюжит ли весной, иль вся теплынь
Пьяною истомой накатилась,
Пьяника цветёт или полынь –
Льну к весне и ей сдаюсь на милость.

Тьохает соловушкина трель,
Чья не унимается весёлость,
Вьётся над бутоном пухлый шмель –
Львиный зев не открывает полость –

Пьявкою нектарною дотоль
Льстит цветкам, пока не выпьет малость,
Пьёт нектар, чтобы забыть, как боль,
Дьявольскую зимнюю усталость.

Вьючный муравей, блестя, как смоль,
Рьяно мчит – святая простоватость –
Тьму не ищет, как воровка моль,
Пьедестал его – ишачить в радость.

Шью и я узор, в нём я – король:
Вьющийся зигзаг – словечек смелость,
Пьесу – в ней разыгрывают роль
Вьюга грёз и светотеней зрелость.

ХЛЕБОСОЛЬСТВО

Хвастливая хохочет хабанера*.
Хозяйка хлебосольная хлопочет.
Хозяин хорохорится, холера, –
Хотя хлебнул, хмельного хватко хочет.

Хоромы ходко ходят ходуном:
Хип-хопа* хлопы, хохмы, хороводы.
Хмельное хлёстко хлещет хлыстуном:
Халтурят хоры, хлыздят* хохмоводы.

Хрипящая храбрится хабанера.
Хозяева халатные хмельны.
Хана*! Хоромы хмуро холодны.
Хмельное хлебосольство – ход-химера*!

СЛОВАРЬ.
Хабанера – испанский танец.
Хип-хоп – американский танец.
ХлЫздить – нарушать правила игры.
Химера – причудливая фантазия.
ХанА – то же, что «капут», конец.

УЗЕЛОК НА ПАМЯТЬ
(Венок сонетов-тавтограмм)
Посвящается маме, Ксении Васильевне Дудкиной,
репрессированной в детстве,
в неполные 7 лет, и всем другим людям,
замученным в СССР в 30-е годы.
1.
Умельцы*, уварив углём ушичку,
Уселись услаждать ухой уста*,
Уединённо ужинать устав,
Удумали ундин* угрём «упичкать».Ужель удить ундинок утопично,
Ураньи* унаследовав устав?
Ужель уйдут, уловки угадав, –
Урок упустят ультраромантичный?Укрыл ундин угрюмый ураган,
Упорно убаюкивал урман* –
Уснули ухажёры у ушицы.Уж утренний упал ультрамарин.
Удильщики, упорство усмирив,
Зарделись, заглядевшись заряницей.2.
Зарделись, заглядевшись заряницей
За зеркалом заливов завитЫх,
Земляне – знать заботой занятЫх,
Заложники загадочной землицы.

Здесь – злаков загляденье золотится,
Здесь – звОнниц золочёные зонты,
Здесь – зАмок «златокровельный»
застыл
Заезжей знати, знавшей заграницы.

Засовчик зряшный – здешние замкИ,
Заборчики – заскакивай, зайчоныш,
Зато, зайдя, заботушку запомнишь.

Зовя зевак задором, земляки,
Забыв закрыть заборную «затычку»,
Езопствуючи*, ели ежевичку.
<…>

15.
Умельцы, уварив углём ушичку,
Зарделись, заглядевшись заряницей,
Езопствуючи, ели ежевичку,
Лучились лету ласковые лица,

Осеннего отсвета одежонки –
Косынки краски красной косовицы –
Стране строчили, «срочные»,
спросонку:
Марксистом маршируй – минёшь
милиций.

Иззябшие именья изменились:
Ручьи распелись радужной руладой,
Где граем громыхали – где гугнили.

А алых агитаторов армада
Нагой народ неверием накрыла,
Добилась демагогией досады.

Оставить комментарий